Аркадий Смолин, обозреватель РАПСИ
Снимать популярные фильмы становится все более опасным занятием. В этом году в качестве приложения к премиям «Оскар» два лидера по числу номинаций Кэтрин Бигелоу и Джэймс Кэмерон получили обвинения в плагиате. Вскоре последовал аналогичный иск к популярнейшему режиссеру Квентину Тарантино. Получается, именно сейчас вокруг кинематографа формируется новая юридическая практика.
Предполагается, что повышенное внимание к вопросу плагиата в кинематографе должно защитить права независимых авторов, у которых довольно часто крупные корпорации воруют идеи и сценарии.
Идея заманчивая. Однако основная проблема с ее реализацией заключается даже не в том, что ресурсы воздействия на суды крупных компаний несопоставимы с возможностями отдельных авторов. Вопрос в другом — насколько вообще понятие плагиата применимо к кинематографу.
Не нужно быть «патентованным» экспертом, чтобы заметить: текущее законодательство не синхронизировано с реальностью, а держатели прав и лоббисты только ухудшают эту ситуацию. Чтобы борьба за соблюдение авторских прав приносила конструктивные результаты, видимо, должно быть пересмотрено само понятие плагиат, применительно к киноиндустрии и предложена его альтернатива.
Сколько всего сюжетов?
Чаще всего объектом судебного рассмотрения становится сюжет фильма, на авторство которого претендует режиссер, сценарист и писатель (когда фильм снят на основе литературного произведения).
Одновременно с появлением «профессиональных» писателей, более двух тысяч лет назад, люди стали пробовать выявить основные сюжеты в литературе, которые повторяются из книги в книгу. Свои варианты такой классификации предлагали в разное время философ Аристотель, писатель Уильям Шекспир, фольклорист Владимир Пропп и многие другие. Практически у всех получалось хоть и разное, но вполне ограниченное число сюжетов.
Аристотель, Виктор Гюго и драматург Жорж Польти насчитали их 36. Британский ученый Кристофер Буккер — 7. Наконец, известный писатель Хорхе Луис Борхес заявлял, что существует всего четыре сюжета и, соответственно, четыре героя, которых он и описал в своей новелле «Четыре цикла».
В плане сюжетности кинематограф недалеко ушел от литературы. Сценарист и автор учебника по сценарному мастерству Блейк Снайдер, например, утверждает, что за сто лет практически все фильмы были сняты лишь по десяти основным сюжетам.
В частности, чрезвычайно популярен сюжет «Монстр в доме». Под эту формулу подходит любое противостояние в замкнутом пространстве героя против чудовища, которым может оказаться гигантский хищник («Челюсти»), инопланетянин («Чужой»), грабители («Комната страха»), призраки («Другие») и даже женщина («Роковое влечение»), а также бесчисленное множество других вариантов.
В литературе при схожести сюжетов произведений наличие авторского стиля обычно определяется по сумме использованных приемов, с помощью которых раскрывается основная мысль (посыл) произведения.
В кинематографе это правило не работает, поскольку подавляющее большинство фильмов принадлежит нескольким основным кинотрадициям (школам). Сегодня, например, наиболее популярны — Голливуд, европейский «арт-хаус», скандинавская «Догма-95», корейская школа, гонконгская и т.д. Каждая из этих школ эксплуатирует одни и те же приемы. Собственно, именно на этой основе и определяется принадлежность режиссера к определенной кинотрадиции. Часто выходить за их рамки не позволяют продюсеры. Таким образом, количество сюжетов и приемов их раскрывающих оказывается весьма ограниченным. При этом число фильмов ежегодно в каждой из школ измеряется десятками, а то и сотнями. Избежать непреднамеренного плагиата в таких условиях не представляется возможным.
Двойники
Иногда это приводит к абсурдным результатам. Например, вполне обоснованные претензии к Джеймсу Кэмерону мог ли бы предъявить как популярнейшие советские фантасты братья Стругацкие, так и китайский писатель Чжоу Шаомоу — не имеющий ни одной книжной публикации.
Борис Стругацкий официально заявил, что не имеет претензий к Кэмерону. Тем не менее критики нашли немало общих мест в фильме «Аватар» и цикле о мире Полудня Стругацких: планеты-тезки Пандора, практически одинаковое название носят и населяющие ее гуманоиды (Нави — у Стругацких и На’ви — у Кэмерона). Идентичны также и условия их обитания — «зной, сырость, густая растительность».
Совсем другое дело — китайский фантаст Чжоу Шаомоу. Свою книгу «Легенда голубой вороны» он написал в 1997 году и опубликовал в сети, где ее прочитало около 10 миллионов людей (по подсчетам автора). Писатель убежден, что 80 % сюжета фильма заимствовано из его новеллы. В качестве компенсации фантаст требует 1 миллиард юаней или 147 миллионов долларов.
